Это относится как к физике, так и к эстетике, как к экономике и теории познания, так и к психологии. Лишь очень постепенно удается перейти от умозрительного, в значительной степени абстрактного образования понятий к научному изучению всего многообразия реальных конкретных объектов исследования. Похоже, что психология в настоящее время как раз собирается перейти на следующий этап этого пути. Ниже я собираюсь рассмотреть возникший при этом кризис ее основных понятий и теоретико-познавательные проблемы, вытекающие из конкретного исследования этой науки. При этом я ограничусь рассмотрением лишь экспериментальной психологии.

И из всего многообразия вопросов, на которых можно было бы здесь остановиться, я хочу выбрать лишь один: как обстоит дело с доказательной силой того средства, благодаря которому экспериментальная психология получила свое название — с доказательной силой эксперимента, и как он соотносится с законом? Этот заново поставленный вопрос о смысле и ценности эксперимента в психологии должен явиться для большинства исследователей тем более оправданным, что экспериментальная психология, как это должны признать все без исключения психологи, до сих пор не сумела создать достаточно мощных средств для исследования так называемой высшей душевной жизни, кроме, быть может, интеллектуальных процессов. Но прежде всего рассмотрим, какова была теоретико-познавательная ситуация в психологии в предшествующую эпоху — в ту эпоху, когда возникли многие из проблем, и сегодня сохраняющих свою остроту.