По отношению к объектам исследования психологии, так же как и по отношению к объектам других наук, можно задать два типа вопросов. Во-первых, можно спросить о феноменальных свойствах психических образований и процессов, например: какие можно выделить виды чувств, какими свойствами обладает переживание волевого усилия? Во-вторых, можно задать вопрос «почему?», то есть вопрос о причинах и следствиях, короче — о кондиционалъно-генетических взаимосвязях. Например, можно

спросить: при каких условиях возникает намерение и к каким конкретным психическим последствиям оно приводит?

Установление феноменальных свойств объекта принято называть «описанием», установление причинных отношений — «объяснением». В экспериментальной психологии осознание того, что вначале следует изучить феноменальные свойства объекта исследования, в определенной степени было достигнуто уже в предшествующий период. В частности, последняя четверть века дала нам весьма конкретные феноменальные описания течения переживаний. Хотя задача такого описания, разумеется, еще далеко не доведена до конца, сегодняшняя психология, стремясь двигаться дальше, и, отчасти в качестве обратной реакции, снова обратила свой интерес главным образом к проблемам объяснения. Вместе с вопросом о реальных причинных взаимосвязях психических явлений в фокусе внимания снова оказались понятия причины и следствия, действующей причины и конечной причины, силы и энергии, эксперимента и доказательства, закона и случайности. Ими мы и займемся ниже.

Наиболее общая теоретико-познавательная предпосылка исследования законов какой-либо предметной области состоит, несомненно, в том, что события в этой области происходят закономерно, а не хаотично или случайно, что существуют законы, то есть можно формулировать такие положения о происходящих изменениях, их причинах и следствиях, которые будут справедливы без исключений, то есть всегда и везде. В психологии этот вопрос уже давно вызывает ожесточенные споры. В случае так называемых «низших» душевных процессов, непосредственно связанных с телом (типа чувственного восприятия), законосообразность признается, однако «высшие» душевные процессы — процессы воли и понимания — из этой сферы законосообразности исключаются. Защитников таких взглядов можно встретить и сегодня.