Уровень притязаний индивида отчасти определяется уровнем его способностей, проявляющимся в его прошлых и настоящих успехах и неудачах, а отчасти — определенными групповыми стандартами. Как правило, переживание успеха и неудачи возникает лишь в относительно узкой зоне трудности, близкой к верхней границе способностей данного индивида. Успехи и неудачи оказывают влияние на ожидание результата будущего действия и тем самым повышают или понижают уровень притязаний. Однако уровень притязаний ни в коем случае не определяется одним только этим «рациональным» фактором самим по себе. Ребенок, обладающий способностями более высокими или более низкими, по сравнению со средним уровнем группы может постоянно удерживать чересчур низкий или слишком высокий для своих способностей уровень притязаний.

Было показано, что знание своих или чужих групповых стандартов влияет как на уровень реального, так и на уровень желаемого в зависимости от того, в какой степени человек принимает эти групповые стандарты. Сильные ученики обычно удерживают свой уровень притязаний чуть выше уровня своих предшествующих достижений, в то время как у слабых учеников уровень притязаний оказывается, как правило, слишком высоким или слишком низким по отношению к их способностям. Иными словами, слабые ученики еще не научились быть «реалистами», оценивая свои успехи и неудачи в ситуации выбора цели на будущее. Неудача часто ведет к рационализации, эмоциональному взрыву, сверхнастойчивости или же к чересчур быстрому прекращению деятельности. Эксперименты показывают, что детей, склонных реагировать на неуспех прерыванием деятельности, рационализацией или эмоциональным взрывом, можно научить более зрелому реагированию. Такое «научение принимать реальность» — несомненно, один из наиболее важных аспектов научения как составной части развития характера.

Резюме В этом кратком обзоре проблем, связанных с научением, я не затрагивал проблем научения в смысле произвольного контроля над моторикой (включающих в себя самоконтроль, овладение механическими и социальными «орудиями» типа речи и «действие на расстоянии»). Интересный подход к этим проблемам предлагает Хайдер в своей теории «вещи и средства». Динамика этих процессов, похоже, определяется своего рода «организационной взаимозависимостью», подобной отношению между ведущим и ведомым или между так называемыми высшими и низшими нервными центрами. Подводя итоги нашего обсуждения с динамической точки зрения, мы могли бы сказать, что мы провели различение между научением в смысле изменения когнитивной структуры и научением в смысле изменения мотивации.