И даже в тех случаях, которые динамически следует оценивать как полностью вынужденные действия, при поверхностном — а временами и при довольно внимательном — рассмотрении можно увидеть почти ту же добровольность, какая характерна для динамически совершенно противоположных случаев, в которых ребенок свободно следует своему интересу к предмету в ситуации, действительно лишенной барьеров. Наконец, правильной оценке только что очерченной ситуации мешает и то, что бывают случаи, когда полное пронизывание жизненного пространства ребенка властью взрослого и превращение всей ситуации в целом в ситуацию принуждения возникает в силу того, что взрослый сверх всякой меры «любит» и опекает ребенка и таким образом загоняет его в подавляющее его силовое поле. Мы не будем вдаваться более подробно в только что описанную ситуацию, где при угрозе наказания нет необходимости в специальных барьерах, и снова обратимся к типичной ситуации наказания. Как было уже упомянуто, она также обладает принудительным характером, особенно когда внутреннее пространство является достаточно узким. То, что внешние барьеры придают всей ситуации в целом принудительный характер, становится особенно наглядным при сравнении этой ситуации с той, где действия ребенка определяются не угрозой наказания, а интересом к заданию. В этих случаях (см. рис. 1— ) нет необходимости создавать внешние барьеры, ибо уже сама положительная побудительность задания всегда направляет ребенка в нужную сторону.

Поэтому здесь нет необходимости ограничивать свободу действий ребенка в каком бы то ни было отношении. И вся ситуация в целом, в отличие от ситуации наказания, может оставаться свободной и непринужденной.