Человек, который изучил такие, казалось бы, необязательные курсы, как Французская готика или Лев Толстой и русское общество конца XIX века, тренирует то полушарие, которое у представителей точных наук обычно атрофируется, В результате и логическое полушарие начинает лучше работать. Человек, не знающий литературы, истории, обкрадывает себя и в повседневной жизни. Посмотрите, с каким недоумением взирают экскурсанты на полотна е мифологическими сюжетами: они их просто не знают. Как понять шедевры мировой живописи, если этот вид искусства веками был связан с библейской мифологией? А ведь ни на уроках литературы, ни на вузовских лекциях по истории вам не расскажут ни легенды о Великом инквизиторе, ни о Блудном сыне, ни о Ноевом ковчеге. Наступают компьютеры— усиливается математика... Где же выход?

Вполне очевидно — в самообразовании. Правда, зачастую, можно услышать такую отговорку: В школе учись, в техникуме или в институте опять учись, дайте хоть немного отдохнуть... А спустя несколько лет: Как-то отвыкла голова думать, ничего не соображает. Наверное, учеба уже не для нас... Действительно, в психологии есть точка зрения, что интеллектуальные возможности человека достигают своего пика в юности, после чего может начаться медленное снижение возможностей памяти и мышления. Однако это не столько говорит об отуплении человека с возрастом, сколько подтверждает мысль о недопустимости прерывания образования. Потому что снижение или повышение эффективности мышления зависит от деятельности человека.

У тех, чей труд требует постоянного умственного напряжения, отмечается более высокий уровень развития памяти, мышления и внимания. Это особенно характерно для людей, которые постоянно учатся, У них не только мобилизуются интеллектуальные силы личности, но и появляются духовные запросы, которые могут стать новыми стимулами развития интеллекта. В процессе приобщения к духовным ценностям, расширения кругозора, углубления осведомленности в актуальных проблемах социально-политической и культурной жизни общества развивается общая культура человека и отступает старость. Молодежь, — сказал на международном симпозиуме по проблемам старения, проходившем во Флоренции, французский физик Дж. Торальдо, — можно сравнить с древним войском персидского царя. У молодежи много нейронов; как у персов было много солдат. Пожилые же — как греки, у которых солдат было мало, зато она были лучше организованы: войну, как известно, выиграли греки. Другой ученый, итальянский психиатр А. Паццальи, считает, что подлинный эликсир молодости скрыт в типе мозговой деятельности.

Существуют три вида старения, — сказал он, — быстрое, пикирующее, — у лиц, занимающихся сугубо мышечным трудом; среднее, которому подвержены люди, работающие в стрессовых ситуациях (например, менеджеры); и медленное, мягкое, именуемое также старением мыслителя. Ир Мыслить, интересоваться окружающим миром, посильно участвовать в общественной жизни — вот это и значит красиво стареть, а учиться сохранению своего умственного потенциала, тренировать свой мозг нужно с молодых лет. Правда, складирование в памяти разной информации само по себе мало способствует духовному обогащению, не делает человека умнее. Еще древнегреческий философ Гераклит сказал, что многознание — это все-таки не мудрость. Мудрость предполагает знание оснований и причин. Для того чтобы применять свои знания на практике, надо знать, что такое культура, по каким законам она развивается, какие ее достижения являются для нас ценностями и как, собственно, приобщаться к этим достижениям. Парадокс заключается в том, что, с одной стороны, понятие культуры очень емкое, а с другой стороны, по утверждению социологов, человеку за всю жизнь достаточно прочитать всего 13 книг, которые окажут решающее влияние на формирование его взглядов, идей, идеалов и убеждений — всего того, что называют мировоззрением личности.