В конце концов, и прижизненная популярность может оказаться вполне заслуженной. Но, формируя свои читательские пристрастия, невредно предположить и несправедливое равнодушие публики. Оно могло выпасть на долю тех писателей, кто шел своим путем, не приспосабливаясь к веяньям одного дня. Но популярность рано или поздно их настигнет усилиями вдумчивых читателей, вашими усилиями, если вы сможете оценить произведение, невзирая на моду, а точнее, споря с ней.
Правда, при отстаивании своего особого мнения надо помнить, что заслуженно непопулярных писателей было, есть и будет всегда больше. Поэтому, составляя свое, отличное от массового, мнение, надо заботиться не столько об оригинальности своих мыслей, сколько исходить из желания аргументированно восстановить справедливую оценку. Какзаметил еще Джордано Бруно, кто хочет правильно рассуждать... должен считать равно возможными противоположные мнения и отказаться от предубеждений.
— Ну, хорошо,— не без подковырки заметит Читатель. — Это вы все о пользе высокого, настоящего и о вреде модной подделки, лихой халтуры, портящей вкус. Но сами вы разве не читаете детективов, не смотрите боевиков, не слушаете рок или популярный у вас, взрослых, джаз?
Читаем, конечно, и смотрим, и слушаем, и даже, страшно признаться, с удовольствием, невзирая на вполне очевидное порой мелкотемье, бездумье и т. д. и т. п.
Года два назад режиссер Алексей Габрилович показал по телевидению документальную ленту Кино нашего детства. Речь в ней шла о полуголодных подростках конца 40-х — начала 50-х годов, для которых послевоенное кино, отечественное и зарубежное, порой заменяло все: и не вернувшегося с фронта отца, и недоеденный кусок хлеба, и не доигранные детские игры. Известный актер, режиссер, хирург взахлеб вспоминали с экрана, как упивались Подвигом разведчика, как по 17 раз с восторгом смотрели безыдейного Тарзана...